Таким образом — взаимопроникновение, «диффузия» политических, интеллектуальных и бульварных эротических тем характерно не только для самого западного киноискусства, но и для солидных, популярных изданий, выходящих миллионными тиражами.
Появляются отклики на порнокино и «эротокино», как его называют в «солидной» прессе, с феминистских позиций, в которых критикуются «мужские», «сексплуататор-ские» картины и пропагандируется «свободный женский секс» на экране.
Критика порнофестивалей с феминистских позицийобо-рачивается проповедью все той же порнографии, но прикрытой цитатами из Вильгельма Райха, Нормана Брауна и Герберта Маркузе, рассуждениями о «секс-негативном» обществе, «антизападном потенциале эротизма» и т. д.
западность под флагом антизападности находит в киноискусстве множество своих выразителей. Одна из характерных общих черт этого явления — распространение в кино идей «левого фрейдизма», теорий «сексуальной революции».
Вот уже почти десять лет на больших экранах идет фильм «Доротея» (Франция — ФРГ) Петера Фляйшмана, режиссера, получившего известность фильмом «Охотничьи сцены в Нижней Баварии» — жестокой, местами натуралистической, но острой социальной ленты.
В «Доротее» режиссер избрал в качествеобъектаиссле-дования одиссею молодой девушки, прошедшей по кругам
западного ада и всюду столкнувшейся с аморальностью, жестокостью.
|
